Стыд. Случай из практики психолога.

Стыд. Случай из практики психолога.

Клиент Даша (имя изменено) 24 года. 

Родители в разводе, есть младшая сестра (разница 15 лет) от второго брака матери. Два года назад уехала в соседний город, живет отдельно с женщиной.

На первую встречу пришла очень встревоженной, в «разобранном» состоянии. Буквально с первых слов начала плакать, ей было очень сложно внятно говорить. Почти всю встречу она проплакала. Запрос, который удалось актуализировать : выйти из кризиса, в связи с разрывом отношений.

Даша 2 Года состояла в отношениях с женщиной, которая на 10 лет ее старше, все это время совместно проживали. Полгода назад по Дашиной инициативе расстались, но жить остались вместе. Романтическая составляющая отношений завершилась. Острое состояние клиентки обосновано тем, что ее бывшая девушка завела новые отношения.

Основное чувство, которое отслеживалось – стыд. Кроме этого чувствуется потеря ориентировки, клиентка слабо отслеживает собственные чувства, потеря опоры, высокая тревожность. В процессе встречи практически не смотрела в глаза. Я также чувствовала растерянность, беспомощность и очень большую ответственность за клиентку, в то же время огромный интерес, она не выглядит, как лесбиянка, не производит впечатление человека нетрадиционной сексуальной ориентации, в голове у меня крутится масса версий, про насилие, отношение с отцом, матерью… К концу встречи, когда тревога спала, рассказала основные организационные моменты терапии, заключили контракт на 10 встреч.

За три минуты до конца первой встречи, Даша говорит, что хочет сказать мне что-то очень важное, ради чего она вообще пришла, то, что никогда  никому не говорила. Сообщает, что не может больше это носить в себе и понимает, как сильно это влияет на ее жизнь. Долго молчит, вижу, что не может собраться с силами… Задаю прямой вопрос: «В твоей жизни был эпизод  сексуального насилия?» – кивает головой, продолжает плакать навзрыд. Через несколько минут напряжение спало, клиентка успокоилась, завершали с чувством облегчения. Я же чувствовала, что мои чувства «заморозились».

После первой встречи поняла, что с ней не могу подбирать слова, чтобы описывать те чувства, которые проживаю – это феномен, привнесенный в наш контакт именно ей, т.к. обычно таких сложностей у меня не возникало.

Вторую встречу посвятили теме насилия, Даша начала с того, что заметила изменения сразу после первой встречи, жить стало легче. Рассказала эпизод: ей было 5 лет, она жила у бабушки, родители тогда были в разводе, мать вышла замуж и переехала жить к новому мужу, оставив ее с бабушкой. Бабушка сдавала комнату квартирантам-студентам. Часто оставляла ее одну, когда студенты были дома. Несколько раз один из парней в форме игры просил ее раздеться, трогал, просил трогать его, секса не было.

Рассказывала это Даша спокойно, без слез. На вопрос о чувствах появляется страх, тревога, горечь. Основное переживание – предательство. Никто не защитил, никому нельзя доверять.  Предлагаю эксперимент: представь себя маленькую и себя большую рядом; что хочется сделать? Отвечает – обнять, успокоить, увести подальше туда, где безопасно.  «Мерцающей» фигурой, которая всплывала несколько раз стало отсутствие доверия к мужчинам, отсюда длительный опыт отношений с женщиной. Больше к этой теме не возвращались.

На следующих встречах говорили про родителей. Много стыда – интроект, заложенный отцом. Стыд звучал у Даши словами «Я не такая». Вышли на то, что отец ей с детства говорил : «У меня своя жизнь, у матери твоей своя, а ты вырастешь и такая  никому не нужна будешь». Предлагаю вспомнить кому она сейчас нужна – проверяем интроект, получается присвоить новый опыт – «Я нужна».

На мать много невыраженной агрессии, которая подавляется через чувство вины –когда мать оставила ее в детстве, Даша на нее сильно злилась, и затем мстила, когда мать снова вернулась к ней, также мстила через агрессию к младшей сестре, к которой очень ревновала мать. Сейчас много вины за это поведение. Любая агрессия блокируется, образ матери инвалидизируется. В одной из сессии говорили про поиск ресурсов, на кого опираться, когда не достаточно своих сил – фигура матери жалкая, несчастная, беззащитная. Открытием для Даши стала смена семейных ролей, ее гиперопека матери, которая не позволяет ничего он нее брать, невозможность видеть другие части в отношениях с ней, работаем на принятие разных чувств к маме. Я в это время отслеживала у себя массу злости на мать Даши, возвращала эти чувства в контакт с клиенткой, как вытесненные ей. В ходе эксперимента с пустым стулом (на нем мать) за злостью обнаруживается потребность в любви, защите. Вновь всплывает фигура бывшей девушки – в этот момент подтверждается моя гипотеза, что в отношениях с женщиной Даша отыгрывалась за мать, очевидным становится перенос.

На следующих встречах основная фигура – возвращение чувствительности к своим потребностям. Разбирая ситуации на работе столкнулись с тем, что начальница часто на нее повышает голос, а клиентка не может ответить. Предлагаю эксперимент – порвать журналы, говорить при этом слова с агрессивным посылом, которые придут к начальнице. Встречаю сильнейшее сопротивление – клиентка даже в руки журналы взять не может – много стыда, звучит как: «ты сейчас подумаешь, что я дура». Предлагаю проверить проекцию  – говорю о своих чувствах, о том, что «болею» за нее, радуюсь ее успехам и жду, когда она порвет бумагу. Клиентка, видя, что ее агрессия не разрушает меня, видя, что я не стыжу ее рвет журналы, кричит матом, топчет бумагу – наступает облегчение, в конце слезы, желание обнять. Для меня это переломный момент в терапии.

Каждую следующую встречу клиентка приходит все более окрыленной, делится успехами на работе, рассказывает о том, как ее приглашают на свидания. Сообщает, что решила разъехаться с бывшей девушкой. Пойти получать дополнительное образование. Для меня это сигналы появления ресурсов, возможности опираться на себя.

По истечении 10 встреч, клиентка пришла с желанием приостановить терапию.

В дальнейшем я бы продолжила работать над

  • поддерживала бы агрессию, тем самым давая возможность получить опыт проявления «плохой» части в клиенте при этом сохраняя отношения и не получая отвержение. Такой новый опыт принятия себя другим может стать основой принятия самого себя, что послужит условием для построения здоровых отношений с ясными границами.
  • Признание женственности, сексуальности клиентки, как следствие повышение самооценки и возможность построения отношений с мужчиной
  • Возвращение доверия мужчинам, более глубокое проживание травматического опыта с возможностью дальнейшей близости с мужчинами.

Критерием успешной терапевтической работы считала бы появление чувствительности к собственным потребностям, более четкое понимание своих границ, открытие в себе новых чувств, переживание новых качеств своего Я, на которые она сможет опираться.

источник: www.b17.ru




0 Комментариев

Комментарии

Обсуждение закрыто.