Проститься, чтобы жить..

ПРОСТИТЬСЯ, ЧТОБЫ ЖИТЬ…

Этот текст не отпускает меня вторую неделю.

Ко мне идут люди, потерявшие самых близких.. На телесной группе со мной в паре женщина, тяжело переживающая смерть родственника..

Совпадение? Случайность?

Что-то я не очень верю в простые совпадения.. В этой жизни мало что бывает просто так. Небесная канцелярия хорошо выполняет свою работу.

Не так давно я похоронила своего мужа. Молодого совсем, он был моложе меня на несколько лет. Я первый раз в жизни так близко, лицом к лицу, глаза в глаза смотрела в лицо смерти.. Я первый раз в жизни сама хоронила настолько близкого человека, везла на заднем сиденье сына, а в багажнике урну с прахом его отца..

И вот что я понимаю сейчас – человеческое горе и ужас при столкновении со смертью запредельны. Мы в метафорическом смысле оказываемся одной ногой Там, а другой – тут. Как перед порталом в Тот Мир. И наше сознание просто не способно вместить этот поток боли и ужаса.. Человек оказывается один на один с Этим.

При том, что в нашей культуре практически отсутствуют ритуалы горевания. Я помню, прошло 2, может 3 недели после похорон. Я жила  тогда пару месяцев у родителей, уложила сына, сидела у окна и беззвучно плакала. В семье моих родителей не принято выражать любые чувства – там я  24/7 должна быть “миссвсевпорядке”.  И мама спросила: “Ты чего расстроенная , что-то случилось?” Нет, блин, мама, ничего не случилось! Просто мужика своего похоронила, пацан без отца остался, а так вообще – ничего страшного. “Всевпорядке”.

У меня тогда даже ответить что-либо сил не нашлось. Их просто не было. От слова совсем.

И это при том, что я рационально понимала, что со мной происходит и с горем работала – и сама, и с помощью коллег: терапия и группа.

И то, что делают окружающие – понятно, что из лучших побуждений и желания НЕ травмировать, – на самом деле только усугубляет переживания.

Стремление обесценить отношения с умершим и тем самым обесценить боль от потери. Когда мне сообщили, что Паша умер, я была с годовалым сыном  в мед.центре на ЛФК. Я выронила телефон и просто пыталась осознать сказанное.. Инструктор спросила меня, что случилось. Я ответила, кивая на сына: “его отец умер”.. Она тут же вцепилась в меня: “а вы жили вместе? Ну-ка, отвечай, жили или нет? Если не жили – так нечего и переживать. И вообще, иди отсюда на выход, нечего мне тут детей пугать!” Без комментариев. Я молча отодрала орущего ребенка от тренажёра и пошла к выходу. В коридоре пацан залез на руки и начал баловаться, а я ревела в три ручья, ничего не видя вокруг.. Слайдами проносились все хорошие моменты, и мне физически было очень больно. Мимо прошла та же инструктор ЛФК со словами: “ну чего ты опять ревешь-то тут стоишь? Нечего реветь! На салфетку и иди отсюда”.


В обычной жизни я бы, наверное, что-то ответила, но тогда моей задачей было удержать на руках сына и понять, что мне сейчас вообще делать, а меня,  фигурально выражаясь, допинывали в живот только за то, что мне больно от смерти близкого человека.. и мои слезы видеть неудобно.

Это так – горе, боль и слезы другого иногда непереносимы, потому что мы всю жизнь безжалостны сами к себе..

Или бывает так, что с умершим были непростые отношения – например, отец при жизни был жесток, или злоупотреблял спиртным, или просто были не очень отношения.. И тогда близкие, желая облегчить боль утраты, говорят человеку: “ну чего ты так убиваешься-то, наоборот, радоваться надо!” На самом деле, это очень жестоко.

Никакие, слышите, никакие сложные отношения с умершим не отменяют боль от потери у его близких!


И это существует параллельно – злость/гнев в отношении умершего, и огромная боль и горе от его/ее смерти. Особенно в отношении родителей и партнёров – там всегда много амбивалентных, часто полярных чувств и важно разрешить себе их все. Не получится полноценно прожить горе, пребывая в благостной печали.

 Самое страшное наступает после похорон. Через 3-4-8 месяцев. Друзья и родственники живут своей жизнью. А ты остаешься с этим один на один.. Мне иногда хочется вслух заорать: “я что, одна его помню?. Мне одной до сих пор больно?”

И даже когда изредка прилетает смс от его самых близких друзей: “Ну как ты?”.., я читаю там продолжение: “Ну как ты там без него?”. И честно, мне было бы легче, если бы меня спрашивали об этом прямо.  Это возможность поделиться переживаниями и воспоминаниями, возможность почувствовать, что ты не одна в этом горе.

Не нужно бояться говорить об умершем с человеком, его потерявшим – и хорошо, если он(она) заплачет – это возможность быть в контакте со своими чувствами и получить вашу поддержку. Просто быть рядом и не пугаться переживаний..

 Если человек не проявляет признаков проживания горя в течение 1-3-х недель после события, или вообще их не проявляет – мы имеем дело с отложенным и/или непрожитым горем. Это опасное состояние – тем, что бомбанет обязательно – срывами, агрессией, соматикой, депрессией.. Если человек рядом с вами потерял близкого и никак не проявляет свое горе – присмотретесь – возможно ему нужна помощь. Сам он вам об этом не скажет.

 Год. В среднем активная “работа” горя от смерти близкого занимает год. Это не означает, что человеку перестанет быть больно – невозможно перестать чувствовать боль от потери.

Но при этом будут найдены новые смыслы, перестроена социальная сторона жизни, и человек адаптируется к тому, что периодически ему нужно “побыть с Этим” и отпустить боль..

Близость смерти – очень серьезный экзамен. На жизнь. На то, что НА САМОМ ДЕЛЕ важно.

Эти запредельные переживания неизбежно меняют человека. Делят жизнь на ДО и ПОСЛЕ. Уходит все наносное. Наряду с проживанием горя и ужаса смерти, как никогда раньше начинаешь ценить жизнь, радоваться дуновению ветра на коже, тому, что можешь плакать,  что можешь изменить в этой жизни все, пока ты живой..

“Попрощаться с чем-то или кем-то – не значит забыть. Это значит принять необратимость случившегося и вынести из него лучшее. Чтобы жить дальше”. М.Р. Травкова.

P.S.

..Если бы ты был живой, я бы хотела тебя обнять… “Но ты, ты сейчас далеко и тебе дарят звезды свою нежность…”

источник: www.b17.ru




0 Комментариев

Комментарии

Обсуждение закрыто.